#18, 29 мая 2001 года. Содержание предыдущего номера...

NOT PARSED YET

ЗАКРАСИМ РЕКЛАМУ! Никита АЛЕКСЕЕВ (N18 от 29.05.2001) "Надоело, достало, допекло, набило оскомину, тошнит уже, видеть больше не могу!" - говорим мы, отводя взгляд от назойливых, порой аляповатых рекламных щитов, установленных в центре Москвы и Питера. 90х60х90, гладковыбритые (небритые) молодцы, назойливые призывы, плохо переведенные на русский язык рекламные лозунги - вот что представляет из себя большинство рекламных плакатов, "украшающих" наши города". Рав Исроэль ЗЕЛЬМАН: «Нет ничего тяжелее, чем иметь дело с евреями» Беседовала Наталия ЗУБКОВА (N18 от 29.05.2001) Впервые раввина Исроэля Зельмана я увидела, когда он произносил здравицу по случаю двадцатилетия раввинской деятельности Адольфа Шаевича. Потом поняла, что и прежде приходилось его слышать – на праздниках в синагоге. Но оттуда, с высоты женского положения, раввина не разглядишь, да и какой интерес? Поет хорошо, «текст слов», похоже, понимает – значит, пришлый. Inform Подготовили корреспонденты "i" (N18 от 29.05.2001) 5 июня в 16.00 в посольстве Австралии по адресу Кропоткинский пер., 13 (метро "Парк Культуры") состоится открытый семинар по образованию в Австралии. Семинар проводят г-н Виллиам Деланей Inform Подготовили корреспонденты "i" (N18 от 29.05.2001) Британская образовательная компания "Westland Education & Travel Ltd" (телефоны (095)956 2982, 246 0604, 246 0200) предлагает программы для детей от 10 до 16 лет "Каникулы в международных детских и юношеских лагерях" с 15 июля по 19 августа. Inform Подготовили корреспонденты "i" (N18 от 29.05.2001) Учебная группа "ЗНАНИЕ-ЦЕНТР" (телефоны (095)131 2502, 131 7251, e-mail: znaniye@orc.ru) объявляет набор на летние каникулярные программы в Германии для детей от 8 лет в июле-августе. И я была девушкой юной... ДЕСЯТИЛЕТИЮ ПАДЕНИЯ «ЖЕЛЕЗНОГО ЗАНАВЕСА» ПОСВЯЩАЕТСЯ Ада ШМЕРЛИНГ (N18 от 29.05.2001) Впервые я оказалась за границей осенью 89-го. За прошедшие с того времени годы я объездила полмира – мои многочисленные загранпаспорта украшает целая коллекция виз. Теперь я уже с трудом припоминаю, как это было в 89-м – получить загранпаспорт, купить билет, поменять валюту... iНОСТРАНЕЦ - ЧИТАТЕЛЮ: Что хочу сказать… По поручению «i» — Ольга ВОЛКОВА (N18 от 29.05.2001) КАК ВЫ ДУМАЕТЕ, отчего это теперь любой простой российский человек (с деньгами) свободно бороздит любые заграничные просторы, и думать забыв о том, что еще совсем недавно и мечтать о таком не смел? Вот лично меня с детства мучала мысль о том, что я умру, так и не увидев пирамид. И вот теперь я видела пирамиды целых три раза, и ничего, не умерла. А иностранного работодателя поощряют. ЕСЛИ ОН БЕРЕТ НА РАБОТУ ТИНЕЙДЖЕРА Подготовила Анна КУБАСОВА (N18 от 29.05.2001) Проблема трудоустройства молодежи актуальна не только для России, но и для Ирландии, Испании, Бельгии, Франции, Великобритании и Нидерландов. Правительства этих стран принимают законы, разрабатывают специальные программы, направленные на улучшение ситуации с трудоустройством молодежи. Согласно конвенции МОТ, минимальный возраст для приема на работу – 15 лет. Давай дойдем до Золотых ворот... Елена АНОСОВА, Ада ШМЕРЛИНГ (N18 от 29.05.2001) По пятницам самолет Lithuanian Airlines вылетает из Москвы в 22.10, через 1.55 – уже в Вильнюсе. За два выходных дня мы успеем съездить в Тракай, к морю, присоединившись к какой-нибудь экскурсионной группе, исполним туристический долг в соборе Петра и Павла, взберемся к Вильнюсскому замку, а потом будем спокойно бродить по бесчисленным вильнюсским паркам, улицам Cтарого города и наконец дойдем до Золотых ворот (говорят, что вечером, когда здесь уже нет туристических толп, слышно как звенит тишина). Кто возьмет на работу подростка. С НИМ ВОЗНИ МНОГО, А ТОЛКУ МАЛО Андрей МОСКАЛЕНКО (N18 от 29.05.2001) Официально, по данным Минтруда, в России сейчас около 1.100.000 безработных. И это взрослых, опытных работников – со стажем, связями и трудовыми навыками. Молодому человеку, у которого всего этого нет, найти работу гораздо труднее. Но все же можно. 1 2 Чтобы помнили Катерина КАРМАНОВА (N18 от 29.05.2001) Большинство взрослых, кому не дается иностранный, хорошо помнит и семью Стоговых из учебника Старкова и Диксона, и вузовские тексты про Лондон, город контрастов, и сдачу ненавистных «тысяч». После такого курса нужна не столько языковая практика, сколько психологическая реабилитация: теперь сколько ни учи язык, а подспудная ненависть оказывается сильнее. 1 2 ----------------------- ЗАКРАСИМ РЕКЛАМУ! Никита АЛЕКСЕЕВ (N18 от 29.05.2001) "Надоело, достало, допекло, набило оскомину, тошнит уже, видеть больше не могу!" - говорим мы, отводя взгляд от назойливых, порой аляповатых рекламных щитов, установленных в центре Москвы и Питера. 90х60х90, гладковыбритые (небритые) молодцы, назойливые призывы, плохо переведенные на русский язык рекламные лозунги - вот что представляет из себя большинство рекламных плакатов, "украшающих" наши города". 10, 11 и 12 июня жители Москвы Санкт-Петербурга станут зрителями весьма занимательного события - акции ART 6x3, организованной сигаретным брендом Pall Mall, входящим в корпорацию British American Tobacco. Некоторое время назад в основных художественных ВУЗах обеих столиц были расклеены объявления, приглашавшие молодых художников (возрастом старше восемнадцати лет - спонсор акции табачная компания!) принять участие в конкурсе на создание картин размером 6х3 метра, которые должны быть вывешены на рекламных билбордах. Из пятидесяти четырех кандидатов в Москве были выбраны двадцать, которые и украсят своими творениями билборды города. В Питере отбор произойдет на днях. У компетентного жюри (его состав: журналист и арт-критик Светлана Куницына, один из ведущих отечественных дизайнеров Антон Логвин, старший научный сотрудник Третьяковской галереи и преподаватель МГУ Александра Обухова, галерист и художник Айдан Салахова, главный редактор журнала "ПТЮЧ Connection" Игорь Шулинский) задача была сложной. Из предложенного ему надо было выбрать вещи, удовлетворяющие двум требованиям: быть произведениями искусства, а не чисто рекламной продукцией, но одновременно соответствовать "Философии Pall Mall" ("Ночь твоя", "Мистика города"...). Прошедшие первую фазу конкурса получили каждый по четыреста долларов (недурная прибавка к студенческому бюджету) и за три дня должны будут осуществить свои эскизы, вручную расписав билборды, расставленные в разных местах двух городов. Риск, конечно, есть. У большинства конкурсантов не имеется опыта работы на больших форматах, пользоваться услугами помощников им запрещено. Два и вообще, может ветер задуть или дождь полить. Впрочем, организаторы оптимистичны. К тому же 12 июня это национальный праздник, День Независимости, - глядишь, ради такого дела тучи разгонят. Среди участников будут избраны призеры. Первый приз - $3.000. Второй приз - $2.000. Приз журналистских симпатий - $1.000. Специальный приз жюри - недельный визит в Лондон на выставку Королевской академии искусств. Зачем все это нужно Pall Mall и BAT - понятно. Это хорошо просчитанная и удачная рекламно-коммуникационная акция. На билбордах будет стоять логотип Pall Mall - но и, конечно, "Минздрав предупреждает...". Здесь надо заметить, что BAT вообще много внимания уделяет поощрению культуры и изобразительного искусства. Корпорация помогает Третьяковке и Русскому музею - она предоставила, например, средства для закупки некоторых произведений, находящихся ныне в коллекции современного искусства ГТГ. ВАТ спонсировала несколько важных выставок, в том числе - знаменитую "Амазонки русского авангарда" и недавно открывшуюся в Московском центре искусств выставку Павла Филонова. И большое спасибо табачному гиганту. Бизнес есть бизнес, но улучшая при помощи свой образ, корпорация делает много полезного. Для молодых художников участие в ART 6х3 это возможность удовлетворить свои амбиции и попробовать силы в работе над большим форматом. А жители Москвы и Питера наверняка позабавятся, наблюдая, как молодые ребята, взгромоздившись на леса, что-то красят на билбордах. Даже если не все им удастся, и если многие картины кому-то покажутся странными и шокирующими, - это все равно лучше, чем настырная и тупая реклама. Так что очень советуем 10, 11 и 12 прогуляться по выставкам. Адреса расписных билбордов вы можете узнать у организатора конкурса, в "Агентстве Правда PR" - тел (095) 797 2689. Или по электронной почте - stanislav@pravdapr.ru либо ann@pravdapr.ru / КУЛЬТУРА / -------------------- Рав Исроэль ЗЕЛЬМАН: «Нет ничего тяжелее, чем иметь дело с евреями» Беседовала Наталия ЗУБКОВА (N18 от 29.05.2001) Впервые раввина Исроэля Зельмана я увидела, когда он произносил здравицу по случаю двадцатилетия раввинской деятельности Адольфа Шаевича. Потом поняла, что и прежде приходилось его слышать – на праздниках в синагоге. Но оттуда, с высоты женского положения, раввина не разглядишь, да и какой интерес? Поет хорошо, «текст слов», похоже, понимает – значит, пришлый. Раввины-то у нас все больше швейцарцы да итальянцы. А если кто из местных, то непременно эмигрант заморской выучки. На сей раз привычная логика подвела: рав Исроэль оказался москвичом с высшим светским образованием. Выступал он на таком большом – не синагогальном – собрании явно впервые. Вопрос, кто таков, задавали друг другу не только наблюдатели, но и активисты еврейской жизни, руководители ведущих организаций, члены самых разных комиссий и комитетов. И дело даже не в том, что невесть откуда объявился человек, обученный произносить яркие речи, построенные по канонам раввинского ораторского искусства. Выступал уверенный в себе лидер, которому внимала многочисленная группа поддержки – молодые люди, которых прежде ни на каких съездах-конференциях видно не было. Любопытство мое разыгралось не на шутку, однако я решила справок о нем не наводить, а расспросить его самого: кто он да откуда? Но расспрашивать не пришлось – раввин Зельман предоставил мне исчерпывающую автобиографическую справку и только потом ответил на вопросы. – Я рос в обычной семье московских интеллигентов. Родители – ученые, не чуждые прекрасного: папа пел, а у мамы одна из самых больших в Москве коллекций репродукций живописи. Так что в детстве я насмотрелся на картины, на которые теперь мне смотреть нельзя. Меня со страшной силой готовили к занятиям искусством – литературой, живописью, музыкой. Прочили карьеру искусствоведа и профессионального музыканта. Поначалу все шло по родительскому плану. Я закончил музыкальную школу, Гнесинское училище как историк и теоретик музыки, Московскую консерваторию – как композитор. Но заканчивал ее уже в шляпе. Папа всегда мечтал петь на сцене. Не случилось. И тогда он перенес свою мечту на меня – ему очень хотелось, чтобы я стал профессиональным певцом. Его мечты осуществились, но весьма причудливым образом – вот уже восьмой год я работаю кантором в московской хоральной синагоге. Моей сценой стал амвон. Папа внушал мне с детства, что я должен делать себя – не гулять-развлекаться, а без устали работать. И я делал. Не теряя времени попусту, в 18 лет я женился на светской девушке Жанне. И мы вместе начали двигаться в сторону еврейской религии. К этому привели меня прежде всего занятия философией, а также то, что еврейской религии я не знал абсолютно. Незнание чего-то всегда было для меня сильнейшим искушением, стимулом – узнать. Тем более, когда невежество касается моей культуры. Так я оказался в московской иешиве Охалей-Яаков, занимался с разными раввинами, довольно быстро научился самостоятельно читать Талмуд. Через полтора года начал работать кантором в московской хоральной синагоге и, мало зная сам, осмелился преподавать в иешиве. Еще в раннем детстве друзья и знакомые делали из меня дармового душеприказчика. Поэтому в работе с людьми для меня не было ничего принципиально нового. Служа кантором и преподавая в иешиве, меня не покидали мысли о собственном будущем. Главный раввин Москвы Пинхас Гольдшмидт решил мне помочь – устроить раввином в какую-нибудь общину Германии. Я хорошо знал немецкий, но смихи (раввинского диплома) у меня не было. Он хотел попробовать меня на этом поприще – и в случае удачи обещал дать мне смиху. Рав Пинхас стал учить со мной «Шульхан Арух» (свод еврейских законов, знание которых необходимо для сдачи экзамена на раввинский диплом. – Н. З.). И Девятого Аба (День разрушения Храма. – Н. З.) раввин Гольдшмидт для пробы дал мне возможность выступить в синагоге. Девятое Аба для меня – мистическая дата: в этот день я поступил на работу кантором, в этот день впервые говорил драш (комментарий к Торе) перед московской еврейской общиной. Было это лет семь назад. И услышав, как я говорю, у раввина Гольдшмидта появилась, как он признался, идея поинтереснее: не посылать меня ни в какую Германию, а оставить здесь. Так я стал заместителем главного раввина Москвы. Сам главный московский раввин постоянно опекал меня и готовил к раввинскому экзамену. И года полтора назад я поехал в Иерусалим. Никто не верил, что мне удастся сдать экзамен. Проблема была в отсутствии времени: я обязан быть в синагоге каждый Шаббат. Поэтому я выехал по окончании одной субботы, а вернулся к началу следующей. И в руках у меня было аж четыре диплома – сдал экзамен четырем уважаемым иерусалимским раввинам. Обычно моя жена больше, чем на сутки, меня никуда не отпускает. И мы поехали в Иерусалим вместе, прихватив с собой двух старших детей (к этому времени их у нас было пятеро, сейчас уже шестеро). Супруга моя просто героический человек. Она создала мне все условия, чтобы подготовиться к экзамену и закончить учить весь Талмуд. Сейчас я, с Б-жьей помощью, эту книгу читаю во второй раз, постигаю ее глубины. Это совершенно необходимо. Потому что вся мудрость иудаизма сконцентрирована в Талмуде. Поскольку преподавать я начал очень рано, к моменту получения смихи у меня накопился приличный педагогический опыт. Я преподавал в Охалей-Яаков, в Эш а-Торе, в синагоге. Но в последнее время понял, что один с такой нагрузкой не справляюсь, и организовал учебный центр. Днем даю урок педагогам-консультантам, а те уже несут полученные знания в массы: индивидуально занимаются с теми, кто приходит в центр по вечерам. Все эти годы я собирал вокруг себя людей, причем внимание уделял каждому. Ведь и Гольдшмидт, и Шаевич заняты чудовищно трудным делом – представляют нашу общину за рубежом и во властных коридорах родного отечества. Простые евреи всегда доставались мне. Из них я пытаюсь строить общину. Помимо учебного центра у меня есть специальная программа для женщин: чудесные посиделки – раз в неделю по четвергам, – где я преподаю законы благословений, Шаббата и «Пророков» – для души; по воскресеньям даю уроки иврита для начинающих. На Шаббат молодежь приходит молиться в синагогу. Тех, кто живет далеко, мы размещаем в гостинице. Раз в две недели собирается бизнес-клуб. В нем евреи-бизнесмены знакомятся, договариваются о сотрудничестве – и иногда отчисляют десятину на разные проекты, в том числе помогают старикам, больным, беженцам и нашему учебному центру. В отличие от раввина Гольдшмидта я склоняюсь к тому, что ставка на крупный бизнес – проигрышная стратегия. Крупный бизнес в России не может быть вне политики. А значит, связываться с ним очень опасно, хотя и очень заманчиво. В святых книгах прямым текстом сказано: мы должны быть осторожны с властью, держаться от нее подальше, власть приближает к себе человека только для своих целей, она прикидывается любящей фаворитов, но в час испытаний бросает их на произвол судьбы. Сторонишься власти – продлишь дни свои. Разве пример Гусинского недостаточно убедителен? У себя я собираю малый и средний бизнес – крепкий, с надежным доходом и хорошей репутацией. Но олигархов – ни—ни. Работаю по двадцать часов в сутки, а дело движется жутко медленно. Усилий затрачено столько, что, кажется, должна была бы уже вырасти процветающая община человек в семьсот. Ан нет. Евреев, как известно, считать не положено, так что не могу сказать, сколько народу мы объединили. Одно скажу: когда на третью субботнюю трапезу в синагоге ставится огромный стол, почти на весь большой зал, за ним нет ни одного свободного места. Причем это только молодежь – костяк нарождающейся общины. Некоторые из тех, с кем я занимался, ушли – в бизнес, в работу. Я их потерял. Возможно, не хватило сил и времени, а возможно, я что—то делал не так. Понимаю, что людям нужно зарабатывать, одолевают повседневные заботы, и допускаю, что они не потеряли интерес к иудаизму, ушли лишь на время. Но каждый такой уход я воспринимаю как личное поражение. Помимо всех прочих обязанностей я еще занимаюсь кашрутом, возглавляю отдел кошерного питания в раввинате, проверяю, насколько предприятия соблюдают предписания правил кошерности. Зачем это им? У каждого свои цели, например, кому-то нужен сертификат для выхода на мировой рынок. В Москве уже немало кошерных производств: «Русские сладости» с их ставшими популярными тортами «Птичье молоко» и прочими вкусностями, линия изготовления шоколада на «Красном Октябре», Лианозовский молочный комбинат, майонезный завод, маргариновый, 6-й хлебозавод, водки разные, производитель соков «Вимбильдан»ѕ – Известные раввины, как вы верно заметили, в основном представительствуют, так что никому и в голову не придет обращаться к ним со своими будничными проблемами. Я понимаю, что вы очень загружены, но люди должны знать, что есть адрес, где их хотя бы выслушают. Видите ли вы себя раввином хоральной синагоги? Как происходят подобные назначения? – Не знаю, где и кем это решается. Формально раввина нанимает на работу московская еврейская община. Последние четыре года именно я являюсь заместителем главного раввина. Но принципиально то, что сам я не хочу работать главным раввином ни Москвы, ни России, не хочу заниматься политикой, представительством, участвовать в межрелигиозных диалогах и прочей суете. – Раввин – это ведь не только политик, это еще и учитель, консультант, советчик, судья, оратор. Какая из перечисленных ипостасей вам больше по душе? – Из перечисленных – никакая. Мне в радость быть композитором, поэтом, искусствоведом. – Однако вы начали свой рассказ со слов «я не могу смотреть на картины». – Конечно, не могу. На голых женщин?! Всякому понятно, что не могу! – И не можете слушать женское пение? – Это – могу. В «Шульхан Арух» рабби Моше Исерлес пишет, что пение женщины может слушать тот, кто к нему привык. Я музыкант, мне голос ставил человек, стажировавшийся в Ла Скала. Для меня нет разницы между живым пением и магнитофонной записью. Женский голос меня не волнует. – Даже если вам и удастся вернуться к творчеству, раввином вы все равно останетесь. Как вы собираетесь воспитывать ваших крошек? Сможете ли дать им то, что дали вам ваши родители, то, чем вы так дорожите? – У меня замечательные дети: старшая Шуля – Суламифь – уже ходит в школу, ей семь лет, Соломону шесть, Моисею – Мойше – скоро пять, Шушана, Шунамит, и последний, Елисей – Элиша, ему одиннадцать месяцев. Я не могу дать им всего того, что дали мои родители мне. Придется фильтровать. Но не могу допустить, чтобы мои дети не знали Достоевского, Гете, Шекспираѕ Мои дети должны знать и понимать написанное ими. Как-то раз в Эш а-Торе, объясняя разницу в подходе к женитьбе у Моисея, у которого была одна жена, да и с той он не жил, и у Соломона, у которого было бесконечное количество жен, я позволил себе провести параллель с Рафаэлем, который был чудовищным развратником, отчего и умер, и Леонардо, у которого была одна женщина, с которой он если и жил, то очень короткое время. Что тут началось! Трудно мне с фанатиками. Хотя я и сам фанатикѕ Тяжелее всего мне пришлось, когда в марте 1998 года я сделал в Театре на Таганке моноспектакль. В нем я предлагал талмудический, кошерный взгляд на искусствознание, на творчество Данте, Пушкина, Шекспираѕ Получилась своеобразная театрализованная лекция с цитатами знаменитых раввинов. Идея была буквально следующей: никакой самый гениальный художник не может восприниматься как идол, талант не дает ему такого права, все люди равны перед Б-гом вне зависимости от дарованияѕ Идея-то совершенно кошерная. Но форма кому-то показалась неприемлемой. Мне же очень хочется примирить то, что многим представляется несовместимым. И пытаюсь передать собственные творческие противоречия. – Как родители отнеслись к столь неординарному повороту вашей карьеры? – Сейчас уже успокоились, любят внуков – счастливы. А поначалу был просто кошмар! Теперь ужасаюсь я. Ведь я ничего не добился для себя, то есть добился того, что занимаюсь вовсе не тем, чем хочу. – Как же вы, извините за выражение, во все это вляпались? – Когда человек прочитывает наши священные книги, он понимает: слишком мала вероятность, что все в них сказанное – вранье. Отвратительно ничтожная вероятность! Никуда не денешься. Поэтому все, что написано там, надо выполнять. Хочешь не хочешь – делай. И не просто делай. А как в заповеди: по-настоящему хорошо, весело, с улыбкой! Помните: если не я, то кто? Кто будет скреплять разрушающиеся семьи, искать деньги на лечение женщин, больных раком, обустраивать беженцев, обхаживать бизнесменов?.. Сейчас это должен делать я. – Хоть вы так убедительны в роли уставшего от жизни старика, вам ведь нет и тридцати. При этом вы учите, жените, улаживаете конфликтыѕ Не мучают ли вас сомнения, страх ошибиться? – А что делать? Формальная логика, которую я когда-то штудировал, научила меня не страдать из-за того, что я не в силах изменить. Конечно, было бы лучше, если бы на моем месте был седобородый старец с многолетним опытом, который видит далеко вглубь. Но такого человека у нас нет. Что ж теперь, страдать из-за того, что я могу ошибиться? Стараюсь не ошибаться. А что еще прикажете делать, удавиться?.. Конечно, ничего нет хуже, чем заниматься евреями. – Думаю, решать проблемы людей всегда тяжело – будь то проблемы евреев или не евреев. – Э, нет! Евреи – это особый случай. Тут молоко за вредность требуется. Попробуйте в чем-то убедить еврея, побороть его чудовищное, ослиное упрямство, о котором написано в наших книгах – в них еврей называется твердошеим, жестоковыйным. Шея у него будто окаменелая, он всем торсом вынужден поворачиваться, да с каким скрипом! – Каково же будущее этих жестоковыйных в России? – В России вообще о будущем говорить непродуктивно. Если гвардии подполковник завтра никакой гадости не придумает, если нас оставят в покое, и еще много разных «если», то мы создадим крепкую общину. – А светским организациям вы какую роль в этой общине отводите? – У нас никогда не было светской культуры отдельно от религиозной. Мы прожили три с половиной тысячи лет, живем и будем жить дальше с Б-жьей помощью только благодаря тому, что мы концентрируемся вокруг своих истинных, национальных, основных – то есть религиозных – ценностей. Нас спасла, сохранила и будет хранить Тора. Скорее всего, светские организации что-то делают. Я не в курсе – никогда с ними не работал. С Сохнутом и с израильским государством не работаю принципиально. Я из числа тех религиозных людей, которые считают, что это государство некошерное и в настоящий момент чудовищно далекое от идеала. – Некошерное потому, что оно создано людьми, а не Мессией? – Это во-первых. Еще потому, что там творится: Тель-Авив полон разврата, как, впрочем, и Хайфа. Я – убежденный антисионист. / ПЕРСОНА / ---------------- Inform Подготовили корреспонденты "i" (N18 от 29.05.2001) 5 июня в 16.00 в посольстве Австралии по адресу Кропоткинский пер., 13 (метро "Парк Культуры") состоится открытый семинар по образованию в Австралии. Семинар проводят г-н Виллиам Деланей, представитель сиднейской школы Pittwater House School International и директор курсов подготовки в университеты Австралии и всего англоязычного мира. Запись на семинар по телефонам в Маскве: (095)232 3284, 286 5911, в Австралии (8 902)672 7005. / ОБРАЗОВАНИЕ / / учеба, обучение / ----------------- Inform Подготовили корреспонденты "i" (N18 от 29.05.2001) Британская образовательная компания "Westland Education & Travel Ltd" (телефоны (095)956 2982, 246 0604, 246 0200) предлагает программы для детей от 10 до 16 лет "Каникулы в международных детских и юношеских лагерях" с 15 июля по 19 августа. Цена от $910 за две недели в Великобритании и Ирландии, от $750 на Мальте (включено обучение, проживание, отдых, спорт, экскурсии). Студенты могут стать участниками программ "Учеба + работа" в Ирландии. / ОБРАЗОВАНИЕ / / учеба, обучение / ---------------- Inform Подготовили корреспонденты "i" (N18 от 29.05.2001) Учебная группа "ЗНАНИЕ-ЦЕНТР" (телефоны (095)131 2502, 131 7251, e-mail: znaniye@orc.ru) объявляет набор на летние каникулярные программы в Германии для детей от 8 лет в июле-августе. В различных городах и летних лагерях DID Deutsch-Institut и Humboldt-Institut организуют занятия немецким языком в сочетании с множеством спортивных, культурно-развлекательных мероприятий и экскурсий. Продолжительность программ от 2 недель, цена от 1.600 марок за две недели (обучение, проживание и питание в семьях или общежитиях). / ОБРАЗОВАНИЕ / / учеба, обучение / ----------------- И я была девушкой юной... ДЕСЯТИЛЕТИЮ ПАДЕНИЯ «ЖЕЛЕЗНОГО ЗАНАВЕСА» ПОСВЯЩАЕТСЯ Ада ШМЕРЛИНГ (N18 от 29.05.2001) Впервые я оказалась за границей осенью 89-го. За прошедшие с того времени годы я объездила полмира – мои многочисленные загранпаспорта украшает целая коллекция виз. Теперь я уже с трудом припоминаю, как это было в 89-м – получить загранпаспорт, купить билет, поменять валюту... В мае нынешнего года Россия отметила 10-летие падения «железного занавеса» – отмены выездных виз для граждан Союза и предоставления им полной свободы передвижения по свету. Есть повод оглянуться назад и вспомнить, чего же нас лишил Горбачев одним росчерком пера. Я была вполне сознательным, но все-таки весьма наивным существом, когда приятельница-немка (славистка, приезжавшая в Россию собирать материал для своих научных изысканий) позвала меня в гости в Западную Германию. Мое представление о «железном занавесе» и запретах на выезд из СССР сводились к мнению, что мы не можем поехать за границу потому, что у нас нет друзей, готовых нас пригласить, – и в этом главная гадость советской власти. Про проверки на лояльность я, конечно, слышала, но ничего эдакого за собой не знала – разве что чтение «подпольной» литературы, что поводом для невыпуска меня из страны не считала. Поставщики «нелегальных» книжек немедленно просветили меня, что первым делом надо пойти в ОВИР (мне это заведение казалось чем—то вроде ЖЭКа, где сидят обсыпанные перхотью тетки и выдают людям справки). Честно говоря, я даже не очень понимала, зачем. Но позвонила по «09», узнала телефон этого самого ОВИРа, потом позвонила в него (причем, я совершенно не представляла, что ОВИР – это аббревиатура Отдела виз и регистраций, поэтому писала его в одно слово маленькими буквами – овир). Телефонный разговор с ОВИРом был очень коротким: – Здравствуйте! Я бы хотела узнать, как мнеѕ – Ваша фамилия! Имя! Отчество! – Да я только узнатьѕ – Где вы прописаны! – Узнать яѕ Словом, пока я не выдала говорившей со мной мадам всю информацию о себе и своих ближайших родственниках, я так и не услышала от нее заветного «приходите» и адреса, куда, собственно, приходить. Кто не знает – в телефонных справочниках тогда не было адресов ОВИРов. После лекций в институте я добралась по указанному адресу. Вообще-то надпись на двери – ГУВД Бабушкинского района – меня удивила и насторожила чуть-чуть. Наверно, подумала я, бедному «овиру» просто не нашлось приличного места, вот и ютится в здешней комнатке. Так что когда я открыла заветную дверь и натолкнулась на пристальный взгляд грудастой дамы, упакованной в ментовский китель с погонами майора, я испытала настоящий шок. Я – девушка приличная, с милицией сроду дела не имела, а тутѕ да по своей волеѕ Я даже рта раскрыть не успела, как раздался ее грозный окрик: «Ваш паспорт». «Да я только спросить», – снова завела я. Не тут—то было – она уже записывала мои данные в какой-то журнал, в котором меня же и заставила расписаться. У меня до сих пор ощущение, что в тогдашних ОВИРах просто насильно «опаспортивали» всех зашедших спросить. Замечу, что очереди не было. Никакой. В коридоре пусто. Дальше все было почти как сейчас: анкеты, фотографииѕ Правда, дама потребовала от меня характеристику из института, приглашение и его копию (копию оставила себе, приглашение отдала обратно – для посольства). А в анкете непременно надо было указать, для выезда в какую страну я оформляю паспорт – по нынешним временам, глупость несусветная. Недолгое ожидание (меньше, чем сейчас), и вот я – обладатель заветного документа со штампом «Для выезда в ФРГ». Я чувствовала себя человеком, у которого есть то, чего нет ни у кого. Ну, почти ни у кого. Затем предстояло получить визу. Вот там все было точно как сейчас, только очередь у дверей посольства ФРГ, тогда находившегося на Малой Грузинской, была еще больше. Кстати, за три дня, бессменно проведенные в соседнем скверике, я встретила много знакомых. Что несколько подорвало мою веру в собственную исключительность. Одним словом, перестройка шла вовсю. Следующий этап – обмен денег. Денег было мало, сильно меньше, чем разрешалось тогда менять. В посольской очереди мне кто—то надышал в ухо, что буквально на днях открылся новый обменный мидовский пункт (по-моему, второй или третий в Москве), про который мало кто еще знает. Поэтому операция обмена прошла безболезненно и быстро. И только курс меня удивил: за свои смехотворные рубли я получила безумное количество марок. Я не помню, сколько именно, но зато точно помню, что я на них купила в Германии. По списку «Мечты идиота»: настоящие небесно-голубого цвета джинсы, яркие-яркие кроссовки, не менее яркий, люминесцентный рюкзак, красный свитер и двухкассетник Sharp, очень крутой по тем временам. Еще одна проблема, к решению которой я вовсе не была готова, – добыча билета в Германию. Во дворе интуристовских касс на Петровке, где я появилась в 6 утра, было черно от людей. Эмигранты там просто жили, пытаясь разжиться билетами в Вену и уже готовые уехать хоть куда-нибудь, лишь бы вырваться с Петровки. Мой номер был 1.674ѕЯ поняла, что билета я не куплю никогда. Оставалось лететь самолетом. Но денег на такую роскошь не хватало, хоть умри. Сколько это стоило, даже вспомнить не могу. А билет на поезд до Берлина – всего 25 рублей. Но опять нашлась добрая душа, которая уже в другое ухо надышала мне, что я – полная кретинка. И что мне надо идти в кассу на Таганке, где продают билеты в соцстраны, доехать до Восточного Берлина, перейти там границу и уже в Западном Берлине спокойно купить билет до куда мне надо. Сейчас меня, наверное, удивило бы – как это при тех строгостях мне, с моим приглашением в ФРГ, продали билет в ГДР. А тогда я и в голову не брала – продали и слава богу. На Белорусском вокзале меня, как, впрочем, и всех остальных пассажиров поезда Москва – Берлин, провожали всем гуртом, с шампанским и цветами. Может поэтому поезд опоздал и пришел в Восточный Берлин, когда германо-германская граница уже была закрыта. Пришлось ждать утра, потратив ночь на осмотр местных дост